Использование в тексте криминальной лексики

Можно ли в публикации использовать терминологию Уголовного кодекса РФ, как преступник, мошенник, вор, взяточник и т.д., пока нет вступившего в законную силу приговора суда?

Ответ: НЕТ! И вот почему.

  1. Преступник и правонарушитель – это не одно и тоже. Любой преступник является правонарушителем, но далеко не каждый правонарушитель – преступник.
  2. Преступник с позиции Уголовного кодекса – это лицо, в отношении которого имеется обвинительный приговор, вступивший в законную силу.
  3. Презумпция невиновности – один из основных принципов уголовного процесса: обвиняемый в совершении преступления считается невиновным до тех пор, пока виновность его не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Презумпция невиновности действует в отношении подозреваемого, обвиняемого и подсудимого.

4.Право на презумпцию невиновности – это нематериальное благо человека, которое охраняется ст. ст. 150, 151 Гражданского Кодекса РФ.

  1. Криминальную лексику можно использовать в качестве резко негативной оценки человека. Но здесь журналист должен осознавать высокую степень риска. Потому что если Истец пойдет не по пути защиты чести и достоинства (а здесь журналисту главное доказать фактическую основу своих негативных оценок), а по пути защиты права на презумпцию невиновности, то шанс выиграть процесс у журналиста минимальный.

Риск!

Истцы, мотивируя свои исковые требования тем, что нарушено их конституционное права на презумпцию невиновности, имеют возможность не доказывая соответствие сведений действительности, по формальному признаку, что приговор не вступил в законную силу, взыскать с журналиста (редакции) компенсацию морального вреда. 

Правовая база: ст. 11 Всеобщей декларации прав человека, ч.1 ст.49 Конституции РФ, ст. ст. 150, 151 Гражданского Кодекса РФ.

Пример: судебный спор между газетой «Новая Кондопога» и начальником инспекции Гостехнадзора по Кондопожскому и Медвежьегорскому районам Ц.. в связи с публикацией статьи «Спектакль для простаков» (статья была опубликована в интервале между приговором суда первой инстанции и определением Верховного Суда Республики Карелия и была посвящена уголовному делу по обвинению чиновника в совершении должностных преступлений).

Суд удовлетворил исковые требования Ц., взыскал с редакции и журналиста по 15 000 рублей за нарушение права Ц. на презумпцию невиновности.

Спорные фразы, которые  стали предметом спора:

  1. Два оценочных суждения автора: «действия преступной троицы», «заключение станет равноценной платой за украденные миллионы».
  2. Преамбула к статье «если когда-то предполагалось, что нас могут использовать в своих интересах враги из-за границы, то теперь враги внутренние (читай — мошенники)оказываются страшней».

Оценка суда (было три судебных инстанции): эти три места в тексте опубликованной ответчиком статьи истолковываются как подтверждение того, что в соответствии с информацией, распространенной в статье, истец действительно совершил и виновен в совершении группой лиц мошенничества либо кражи (украденные миллионы) в особо крупном размере. Таким образом, названные фразы статьи являются преждевременной оценкой автором виновных действий истца, что несовместимо с принципом презумпции невиновности».

Важная деталь!  Суд не принял во внимание то, что вся информация была из приговора суда и материалов уголовного дела, из пояснений участников процесса, отраженных в протоколах судебных заседаний, что информация являлась общественно значимой, а Ц. – был муниципальным служащим.

Елена Пальцева

 

Метки:,

Еще нет комментариев.

Оставить Ответ